Правила чужой игры [= Даром только смерть ] - Алексей Фомичев

– Там же в любой момент могут появиться мятежники. Или бандиты.

– Я беру с собой два взвода разведроты. На броне. Этого хватит. К тому же неподалеку стоит армейский полк, по нашей заявке они и из стволов отработают, и помощь пошлют. Замаскируем выход под разведывательный рейд.

– Все равно опасно…

– Радован, я ее вывезу оттуда в любом случае. Чего бы мне – лично мне – это ни стоило. Понимаешь?

Он понимал. Поэтому теперь молчал сам. Только недовольно сопел и грозно зыркал глазами из‑под бровей.

– Возьми для прикрытия еще роту. Хочешь сам Свену скажу?

– Не надо. У него и так дел невпроворот. И давай на этом закончим.

– Когда выезжаешь?

– Завтра. Тянуть нельзя, кто знает, что там происходит…

– Ясно. Официальная легенда?

– Разведка возможных путей выхода в наш тыл диверсионных групп.

– И туда едет сам комбриг? – фыркнул Радован. – Пусть уж лучше отработка взаимодействия с армейскими подразделениями по пресечению перехода фронта.

– Молоток! Это лучше.

Караджич слабо улыбнулся – моя лесть его не умилила.

– Не пропадай, будь на связи. Если что – поднимем «вертушки».

– Хорошо. – Я пожал ему руку и добавил: – Успокойся, все будет нормально.

Радован подарил мне тяжелый взгляд и ничего не сказал…

Приказ по Управлению пространственно‑сопряженных миров

…В связи с решением руководства ГТП возобновить работу на планете № У1-02‑04‑01 Земля приказываю подготовить и доложить план действий по организации станции слежения на данной планете.

При разработке плана необходимо учесть следующие условия.

1. Место расположения станции должно отстоять от места расположения прежней станции не менее, чем на тысячу километров.

2. Особое внимание уделить вопросам безопасности, для чего в распоряжение руководства будущей станции будет выделена отдельная рота охраны и дополнительное вооружение.

3. Обеспечить максимальную маскировку станции и исключить любое появление аборигенов в радиусе десяти километров.

4. К исполнению плана привлечь лучшие кадры Управления.

5. Окончательный вариант плана представить на рассмотрение не позднее двух суток после получения этого приказа.

Директор Управления Илиам Штос.

Распоряжение по третьему направлению

Срочно вызвать в главный офис официалов Рубинда, Дошеза и Ювто. Отозвать из отпусков сотрудников оперативно‑поисковых групп №№ 8 и 17. Вызвать к 12.00 начальника отдела охраны.

Подготовить конференц‑зал к 12.00 по плану «штора‑6». Пригласить к 13.30 приват‑доцента Агреду. Исполнение доложить.

Куратор третьего направления Свард

Заместитель куратора третьего направления Насим застал своего шефа у оперативников из оперативно‑поисковой группы, что только недавно вернулась из командировки на Гадеркор. Увидев его, Свард быстро свернул разговор и вышел в коридор.

– Что там наши парни?

– Официалы вызваны, ждут.

– Хорошо, пошли.

– Вы решили выбрать начальника новой станции из них?

– Да. Других под рукой нет, а те, кто сидит в резерве, пока не имеют опыта самостоятельной работы.

Они миновали коридор и зашли в кабинет Сварда. Тот сразу врубил экран большого монитора, расположенного на стене.

– У меня складывается такое впечатление, что руководство торопит нас с отправкой экспедиции. – Насим сделал паузу, ожидая ответа начальника, но тот молчал. – Либо у них появилась информация по тому миру и они держат ее пока в секрете, либо их заинтересовало что‑то на самой Земле.

Свард вывел на экран изображение планеты – огромный шар Земли, окутанный полупрозрачной дымкой облаков. Снимок был сделан во время недолгого полета спутника, сбитого аборигенами. Сейчас это был единственный кадр планеты целиком. Получив приказ Сварда, программа перевела снимок в трехмерный компьютерный вид, потом развернула два полушария в плоский рисунок и выделила континенты и океаны. Вышла карта мира, какой ее обычно изображают в атласах. Небольшая зеленоватая точка запульсировала на месте старой базы.

– Согласно распоряжению руководства, мы должны организовать станцию как можно дальше от прежнего места. Значит, континент Евразия отпадает. Брать Африку и Австралию не имеет смысла – первая слишком близко к Евразии, вторая слишком мала. Северная Америка вроде подходит, но там антипод Ругии – США. По техническому потенциалу и развитию они близки. Будут трудности с развертыванием и разведкой.

– Остается Южная Америка.

– Да. – Свард дал команду, и названный континент занял весь экран. – Не считая Антарктиду. Но ее мы даже не рассматриваем.

– Чили, Аргентина, Бразилия, Колумбия… – читал названия стран Насим. – У нас мало информации по этим государствам. Ясно одно – они здорово отстают от лидеров. И там много практически пустых районов, где можно разместить хоть три станции.

– Верно. Пожалуй… Колумбия. Предложим именно этот вариант, а более точно определит уже начальник станции.

– Плохо одно. – Насим провел пальцами по клавиатуре, экран разделился пополам, на одном теперь была Южная Америка, на другом вся карта мира. – От Аргентины до полуострова Ламакен слишком далеко. Если нашим разведчикам надо будет выезжать туда для проведения поисковых работ, значит, им придется преодолеть огромное расстояние. А это большой шанс обнаружить себя.

– Если там сидят агенты Равитана или Датлая, – закончил за подчиненного Свард.

– Простите, – запнулся Насим. – Но я не считаю, что в гибели станции виноваты именно они.

Свард промолчал. Только недавно стихли споры вокруг уничтоженной станции, и версий и догадок прозвучало много. Мнения разделились на три части. Первые считали, что виноваты аборигены, сумевшие обнаружить станцию. Вторые обвиняли извечных противников, проникших в новый мир. Третьи – в основном специалисты по пространственно‑сопряженной динамике – не исключали вмешательства силы извне. Их, этих третьих, было очень мало, и версию, предложенную ими, как‑то больше замалчивали. Видимо, потому, что проверить ее не было возможности, а принимать в расчет полумистические идеи никто не хотел.

Куратор в спорах участия практически не принимал, ему хватило многочисленных разговоров с начальством разного ранга. И полусотни бумаг, поданных наверх в качестве объяснительных, рапортов, служебных записок и докладных. Сам же он отлично помнил слова погибшего Уверана. «С нами играет кто‑то чужой. Кто‑то, кому наши прорывы в пространстве не очень по душе. Боюсь, почти мифический профессор Битрая именно это имел в виду, когда рекомендовал нам не залезать глубоко в неисследованные области. Иначе можно обнаружить присутствие нового участника…»